авторы компании

 


ПЯТЬДЕСЯТ ВЕЧЕРОВ. ВЕЧЕР ПЯТНАДЦАТЫЙ. ДМИТРИЕВ

Веб-резиденция профессионального дизайна
16.04.2017

21 марта гость проекта – декоратор и  путешественник  Андрей Дмитриев. Редкий гость  в Петербурге, живущий и работающий во Флоренции.

Цитаты из выступления Андрея

«У меня фотоаппарат всегда с собой, я снимаю им всё, что вижу. Чем больше ты видишь, тем больше ты в себя, как губка, абсорбируешь. Количество потом переходит в качество, легче работать, когда под рукой много разнообразного фотоматериала».

«Мои принципы в дизайне в корне отличаются от общепринятых, поскольку я нигде  дизайну не учился, никогда. Я филолог по образованию — для меня всё, что я вижу — это всё тексты. Также и интерьеры — это тоже тексты».

«Интерьер — это одна из знаковых систем, как одежда или дорожные знаки. В чём прелесть знаков? В том, что знак моментально считывается сознанием: красный свет — идти нельзя, зеленый — можно. Вы эту информацию воспринимаете моментально».

«Когда я попадаю в какой-либо интерьер, я сразу понимаю, КТО там живет. О человеке многое можно сказать по одеде.Также и интерьер. Сразу говорит о вкусах хозяина. И этими знаниями нужно уметь пользоваться».

«Поскольку я изучал французскую филологию, мне очень помогали Ролан Барт, Бодрийяр, Лотман — в общем, все, кто занимались системами знаков».

«Я живу во Флоренции. Это такая квинтэссенция консерватизма и хорошего вкуса, и очень многие вещи первого ряда находятся именно там».

«Я один из первых дизайнеров интерьера, кто формировал эту профессию в начале 90-х. До этого дизайном интерьеров занимались театральные художники».

«С дизайном, как с профессией, я столкнулся впервые в Англии. Там было чему поучиться — это был совсем другой мир, с другими подходами, с историей. Там есть вещи, которые не менялись по 300-400 лет, чего у нас тут очень не хватает. У заметно, что развитие в какой-то момент остановилось. Я имею в виду, в ее мировом развитии возник некоторый перерыв».

«Вообще то, что я делаю, так или иначе связано с историей, со старыми предметами. И этому всему я научился в Лондоне, Париже, Амстердаме, там, где всё это оставалось нетронутым многие столетия».


 «Я не фотографирую то, что мне не нравится. Некоторые говорят: «Ой, какие у тебя картинки!» Я говорю: «Вы знаете, это неправда. Эти картинки – это то, каким бы я хотел бы видеть мир, а не то, каков мир на самом деле. Чуть-чуть вправо или чуть-чуть влево — всегда найдется что-то, что мешает кадру. Поэтому приходится  стрелять, как говорится, «от пояса».

«Венеция — кладезь всяких фактур, архитектурных стилей, тканей, и тд».

«В связи с общемировым кризисом культуры и в связи со сменой ценностей, люди прекратили вообще покупать старинные вещи».

(Цитата из книги) «Главная ценность старинной вещи – её подлинность. Она действительно старая, в отличие от дешевых в духовном смысле подделок и стилизаций.» 

«Старые вещи для меня могут многое рассказать».

«У меня есть несколько «точек силы», куда я стараюсь попасть несколько раз в год: это Франция, Амстердам, Париж, Лондон — где остались вещи, связанные с историей».

«Что такое старая вещь? Старая вещь – это машина времени. Она позволяет вам перенестись в прошлое, это единственный способ попасть в прошлое только прикоснувшись  к старинной вещи».

«Секрет венецианской складки состоит в драпировке ткани в нескольких плоскостях. Тогда проявляется всё богатство ткани, всё становится нобъемным и начинает «звучать».

«Интересно, что даже мусорный пакет римляне помещают в кольцо двери так, что он становится произведением искусства».

«Коллекция палаццо Питти настолько богата! Там полотна Рафаэля и Тициана висят, как шпалерная развеска. Рафаэль столько сумел написать за свою короткую жизнь, что хватило на все музеи мира!».

«Летом я не советую ездить в Италию. Если только в июне. Но не в августе или в июле. Но если уж вы оказались летом в Венеции, то встать надо в 4 и выйти с рассветом. И тогда город открывается совершенно по-другому».

«Сочетание высокого искусства, ободранных стен, каких-то старых тряпочек – всё это  настолько действует, что потом приходишь и хочется работать и работать».

«Венецию я  снимаю, как правило, без людей. Снимаю только интересных. Например, мне попался человек, у него были разные кеды – синяя и красная. У кого-то могут быть штанины разные — одна желтая, другая красная. Так может быть одет человек, которому лет 85, и тут у него еще какой-то платок из пиджака торчит. В общем, много стильных людей».

«Я часто снимаю детали. Поскольку я не фотограф, я не знаю принципов и фотографирую так, как я считаю нужным. Иногда у меня есть и параллакс, дома кривые, иногда я снимаю какие-то куски пола, просто чтобы понять, как выкладывали раньше камень, потому что после того, как я поднялся на крышу Duomo Milano, я понял, что вообще любые претензии строителей, что, мол, что-то нельзя сделать  не принимаются. Потому что там такие сложные сопряжения и всё из камня! Duomo Milano там нет ни деревянной, ни железной детали, как ни странно. Даже на крыше».

«О красоте контраста: как говорил Ватель — «Гармония плюс контраст – вот основа красоты!» Всегда можно что-то инсталлировать в интерьер на контрасте. Создать провокацию. Я занимался этим еще в конце 90-х – начале 00-х. — строил свои интерьеры на провокации».

«Я обратил внимание, что люди сейчас не понимают цену настоящей вещи, подлинника. Публику приучили к копиям. Симулякры пользуются большим спросом. Но смотреть на все эти симулякры просто нет никаких сил».

«Больше всего меня впечатляют римские постройки. Для меня памятник № 1 это Термы Каракаллы в Риме, как ни странно. Это такая постройка, когда ты понимаешь, что мыслить такими категориями  и такими масштабами могли только этруски и римляне. Это примерно, как вся Исаакиевская площадь. Одно здание! И хотя остались только руины, и только воображение может нарисовать, что это было на самом деле в то время».

«Иногда попадаются совершенно волшебные фактуры, которых у нас почему то боятся. Люди сразу хотят все покрасить, отремонтировать, тем самым стирая столь ценное прошлое». 

«Отрадно заметить, что «Галицын-лофт» меня приятно удивил. Я увидел, что все-таки есть люди, которые могут воспринять красоту несовершенного».

«В Палаццо Фортуне я советую заходить в каждый приезд, потому что экспозиция меняется, и всегда есть, что новое посмотреть».

«Считаю, что настоящая роскошь существует только в Юго-Восточной Азии – это Сингапур, Индонезия..В Европе этого нет, этого уровня, когда тебе подают пахнущее мятой полотенце из холодильника, чтоб ты просто вытер лицо после своего путешествия. Это впечатляет». 

«Роскошь – это то, чего нет. Т.е., если это у тебя есть, то это уже не роскошь. И поэтому мне кажется, что вот эти бедные интерьеры они как раз подходят для людей с большими деньгами, потому что именно в них они могут отдохнуть от всего того, что они встречают в повседневной жизни. Моя теория: бедность – это роскошь слишком богатых». 

«В Италии очень часто бывает, они начинают что-то делать, потом деньги заканчиваются и все останавливается. И я даже хочу сделать такую книгу «Прелесть незавершенного», потому что настолько поразительно, когда вы приходите и видите там три наслоения времени на одном фасаде». 

«Я обращался к людям в ФБ, призывая прекратить постить всю эту чернуху, все вот эти страшные вещи, заметки, о том, что где-то что то произошло. Это и так делает СМИ. А давайте «сеять разумное, доброе, вечное». Делиться радостью, красотой. Я часто снимаю просто куски картин, даже не обращая внимания на автора, просто для того, чтобы потом  можно было, пролистав картинки, начать снова работать. Потому что нужно постоянно подпитываться чем-то».

«Почему в Италии хорошо? Потому что там есть 4 месяца осени и 8 месяцев лета, а зимы, в нашем понимании, нет».

«Честный симулякр – симулякр, сделанный как бы специально. В интерьере на нем акцентировано внимание, он честный».

«О влияниях. На мое творчество повлияли разные художники. В частности Давид Штернберг мне очень нравится, потому что  его натюрморты обладают какой то такой предельной лаконичностью, ясностью. Шарден очень нравится, Питер Клаас.Так же на меня сильно повлияла Дебора Турбевилл, американская фотограф. Женщина прекраснейшая. Ее искусство достаточно сложно для восприятия. В Америке люди отказывались от подписки на журналы, когда ее фотографии выходили. Они были такие нерезкие, расплывчатые..У нее был цикл «Unseen versailles». Она ходила в запасниках Версаля и фотографировала скульптуры в пыли и лежащих в осенних листьях балерин. Фантасмагория, сказка. И я понял в этот момент, что можно делать всё! Всё, что тебе вздумается. Поскольку у меня нет образования дизайнерского, можно делать всё, что тебе хочется. Никто тебя ничем не ограничивает. Меня никто ничему не учил. Я не знаю, как надо!»

«Я нахожусь в постоянном поиске честных, настоящих интерьеров. У нас осталось очень мало настоящего, к сожалению. Остались только заменители. И настоящее даже там редко встречается».

«Что касается света. На самом деле, странным образом, весь свет, который вешают современные дизайнеры, они вешают его слишком высоко. Для меня чем ниже  люстра, тем красивей. Если есть в комнате угол, где никто не ходит, естественно, люстру надо опускать до пола. И свет я вешаю не от потолка, а от пола. Свет должен висеть как можно ниже. Чем ниже люстра, тем она роскошней выглядит. И люстру можно даже не включать, ее можно осветить каким-то прожектором из другого угла, и будет еще и лучше».

«Как я стал дизайнером и почему я вообще этим занимаюсь. Потому что в 63 году построили ТЮЗ, и поскольку я жил рядом, мы ходили туда довольно часто. И в фойе театра стояли в стенах такие макеты декораций. Это был некий вымышленный мир. Мир, которого не было, но поскольку я был маленький, это был мир, к которому я стремился. В наше время иметь свой угол было иметь практически нереально, поэтому всегда было желание как то оформить свое пространство. Это желание трансформировалось в то, что я начал строить всякие дома себе. Когда мне было 8 лет, мы с приятелем вырыли в лесу землянку 2Х2. Лет в 12-13 построил дом из дерева, из сухих сосен. И когда образовалась возможность, сделал комнату на чердаке дачи».

«В нашей сущности заложено, скорее, мечтать, чем делать. Мы больше мечтатели. Но если мы мечтатели, то тогда мы, значит, остаемся в своих мечтах архитекторами, интерьерными дизайнерами..А надо идти до конца. То есть если вы что-то захотели делать, то, на мой взгляд, дизайн вообще не терпит компромисса. Если есть компромисс в дизайне, то тогда теряется целостность. И сразу видно, где был допущен компромисс. Мне удается идти до конца в любом своем проекте, не смотря на желания и нежелания заказчика. Основная работа – это уговорить человека дождаться результата».

«Микеланджело это фигура № 1 для меня. Он был мощнейшим таким злодеем. Он прожил 90 лет, фактически он прожил две жизни в одной. В то время столько никто не жил. И Микеланджело, на мой взгляд, как скульптор – это революция. Эти его незаконченные скульптуры они смотрятся актуально, современно. Мне он больше всего нравится как архитектор».

«Для меня важным показателем в дизайне, на мой взгляд, является отсутствие сделанности. Когда вы куда-то попадаете, если вы чувствуете себя органично в пространстве, если вы не видите, что это было сделано, то для меня это такой вот знак качества».     

«Вкус, на мой взгляд, это чувство меры и способность сополагать. На самом деле, не важно, из чего вы делаете интерьер. Это не имеет никакого значения. Главное это то, как эти вещи друг с другом уживаются, как вы их сополагаете. И поэтому, в принципе, можно идти даже от вещи. То есть, какие-то случились вещи и на их базе можно делать интерьер, просто добавляя нечто для контраста или наоборот. Вот эти все теории относительно того, что все важно, какая вещь, какая мебель  - на самом деле совершенно не важно. Важен результат».

«Нет такого понятия, как «разные вкусы». Вкус бывает только один, как и слух. Бывают разные стили. Почему о вкусах не спорят? Потому что чего тут спорить – или ты понимаешь, как вещи соположить друг с другом, или ты допускаешь какие-то ошибки. Мне все равно, в каком стиле выступать».

«Есть такие места, «must see». Если ехать в Италию, надо набросать на листе те места, без которых жизнь не состоялась. И одно из этих мест – Бомарцо, Парко деи Мостри (Парк Монстров). Место силы просто изумительное. Туда надо ехать не в солнечный день. Надо ехать зимой, в туман, лучше в дождь. Тогда вы будете одни и попадете в абсолютно другое время и измерение. Одно из мест, которое я бы советовал обязательно посетить в пасмурный, мрачный, дождливый день. Весь парк это чистая провокация».

«Я три раза летал на воздушном шаре. У меня была мысль – полететь на шаре и найти дом своей мечты. Но потом, когда я понял, что шар летит не туда, куда тебе хочется, а куда попало, я понял, что это не самый лучший метод поиска недвижимости. Хотя иначе не найти – все настолько где то «в кустах» стоит, спрятано, что очень сложно».

«Я не организованный. Мне очень понравилась фраза из Интернета «Преступность организованная, а ты – нет».

«Манифест для стенда на выставке Эль Декор:  Вещь  есть знак или символ. Сами по себе вещи начинают означать лишь в контексте. И контекст может усилить предмет в коллекции или музее. Если предмет расположен в музее, то его значение сразу усиливается. А если тот же самый предмет вы выносите и ставите около помойки, то он совершенно другой приобретает смысл. Это вот почему выгодно покупать на рынках – потому что туда вы приходите, и там предмет унижен, он стоит на газете, на полу. И поэтому стоит дешево. Поэтому стоит ходить на рынок, а не в антикварный магазин».

«Работа дизайнера интерьера сродни работе повара. Повар должен смешать какие-то вещи в определенных пропорциях и должно получиться вкусно! Чем-то мы похожи с поварами».

«Очень трудно определить стиль сегодня. Стиль можно определить сто лет спустя, взглянув отсюда туда».

«Для меня художник это человек, у которого есть вкус».

«Сложные вещи доступны очень немногим. Потому что огромный объем информации надо переварить, чтобы хотя бы их начать понимать. А уж чтобы любить .. это уже другая история».

«На самом деле всё просто!»

«Если хотите работать за границей, язык – обязателен! Там, где хотите работать, тот язык обязателен. Без языка все будет очень дорого и неправильно».

Видеозапись творческого вечера Андрея Дмитриева

 https://youtu.be/C-X0xnlJ4g0

 

Информация о проекте «Пятьдесят вечеров»

Миссия проекта - продвижение философии человечности, сотрудничества и высоких намерений, как основы успеха для дизайнера.

В ноябре 2016 года агентство NEWMEDIA совместно с галереей современного искусства Inner Voice при поддержке Портала www.design-union.ru основало традицию творческих встреч с представителями творческой интеллигенции, звездами российского дизайна и архитектуры.

Люди, которые находятся внутри профессии. В Санкт-Петербурге это, пожалуй, первая структурированная программа такого уровня и направления. Большинство участников впервые выступают перед аудиторией

Приглашенные дизайнеры и архитекторы заслуженно входят в элиту профессии. Их работы оценены престижными международными премиями, из их работ можно составлять учебники. И в то же время они активно практикуют и держат руку на учащенном пульсе интерьерного и архитектурного Петербурга. Особенность проекта в возможности зрителей задать свои собственные вопросы звездам дизайна, принять участие в живом диалоге, в возможности выбрать для себя ориентиры в современном дизайне и архитектуре.

 

Арт-директор проекта - Александр Линецкий.

Фото-партнер проекта www.dophoto.ru

 

Вход на мероприятия бесплатный. Расписание встреч и регистрация в наших соц-сетях:

Вконтакте: https://vk.com/designunion

Facebook: https://www.facebook.com/newmediarussia

Instagram https://www.instagram.com/newmedia_russia/

Там же можно увидеть информацию об он-лайн трансляциях.

Хэштег проекта в соц.сетях -  #50вечеров

 

Плэйлист всех записей проекта «Пятьдесят вечеров»  на YouTube:

https://www.youtube.com/playlist?list=PLAijgeuyHC78EoxBflZrPjfFIh9PaO2k6

 

 





Вы здесь:

Яндекс.Метрика